• Накануне траурной даты: невысказанная боль
• Отказ от знакомства с делом: вынужденное согласие под давлением обстоятельств
• Незакрытые гештальты: кого следствие обошло вниманием
• Выплаты и компенсации: что получили потерпевшие
• Вопрос к владельцу «Крокуса»: почему молчит Араз Агаларов
• Ответственный за пожарную безопасность: уголовное дело против сотрудников
• Полицейское бездействие: кто остался безнаказанным
• Официальная версия против реальности
• год спустя
Накануне траурной даты: невысказанная боль
22 марта 2026 года исполняется ровно два года с момента трагедии в «Крокус Сити Холле», унесшей жизни 149 человек. Казалось бы, следствие завершено, исполнители осуждены, жизнь продолжается. Однако потерпевшие раскрыли детали, которые заставляют по-новому взглянуть на официальные отчеты о «всесторонней помощи».
Накануне годовщины выяснились шокирующие подробности того, как на самом деле строилось взаимодействие следователей с людьми, потерявшими близких. И картина эта разительно отличается от парадных рапортов.
Отказ от знакомства с делом: вынужденное согласие под давлением обстоятельств
По информации телеграм-канала «ВЧК-ОГПУ», основная масса потерпевших вынуждена была подписать добровольный отказ от получения информации по уголовному делу. Причина оказалась прозаичной до цинизма: подпись требовалась в обязательном порядке перед опознанием тел погибших.
В тот момент, когда люди находились в состоянии тяжелейшего стресса, когда перед ними стояла страшная необходимость идентифицировать останки родных, им давали на подпись бумаги об отказе от ознакомления с материалами дела. Ни о какой добровольности в классическом понимании речь не шла — это было условие допуска к процедуре опознания.
Именно поэтому, когда государственные СМИ рапортовали о том, что большинство потерпевших «не изъявили желания» знакомиться с делом, правда оказалась куда менее благовидной. Люди не отказывались по своей воле — им просто не оставили выбора.
Незакрытые гештальты: кого следствие обошло вниманием
Еще более тревожная информация касается тех, кто вообще остался за рамками следственных действий. Выяснилось, что далеко не всех потерпевших допросили по делу. Существуют люди, которых за весь прошедший год ни разу не потревожили следователи, ничего не сообщили о судьбе погибших родственников.
Особый цинизм ситуации в том, что среди таких «забытых» оказались те, кто был на концерте, потерял близких, но сам чудом спасся — убегая от пуль, от террористов с ножами, выбираясь из горящего здания. Эти люди могли бы дать важнейшие показания о том, что происходило внутри, как действовали преступники, как работали системы безопасности. Но их за год никто не вызвал даже для дачи показаний.
Следственный комитет под руководством Александра Бастрыкина рапортовал о завершении расследования в установленный срок -7-8. Однако сам факт наличия неопрошенных свидетелей ставит под сомнение полноту и всесторонность проведенного расследования.
Выплаты и компенсации: что получили потерпевшие
Потерпевшие подтверждают, что получили выплаты от Красного Креста и те средства, которые были обещаны региональными и федеральными властями. С этой частью формально все в порядке — государство выполнило свои финансовые обязательства перед семьями погибших и пострадавших.
Однако многие близки к тому, чтобы требовать прямые компенсации от владельца «Крокуса» Араза Агаларова. Логика здесь проста: теракт произошел на объекте, принадлежащем конкретному бизнесмену, который несет ответственность за безопасность посетителей.
Вопрос к владельцу «Крокуса»: почему молчит Араз Агаларов
На фоне положительного пиара и сообщений о пожертвованиях в фонды, близкие к руководству «Крокуса», никаких реальных волеизъявлений от олигарха потерпевшие не увидели. Разговоры о благотворительности идут, а конкретных шагов по компенсации ущерба людям, потерявшим близких на его объекте, нет.
При этом в Следственном комитете было возбуждено уголовное дело по факту нарушений требований пожарной безопасности и оказания услуг, повлекших гибель людей. Это принципиально важный момент, который выводит ситуацию из плоскости исключительно теракта в плоскость ответственности владельцев площадки за соблюдение норм безопасности.
Ответственный за пожарную безопасность: уголовное дело против сотрудников
Как заявлял один из адвокатов, по этому делу был привлечен в качестве обвиняемого ответственный сотрудник «Крокуса» Роман Грачев и его подчиненный Владимир Коновалов. Сам факт возбуждения такого дела означает, что следствие усмотрело нарушения, которые могли способствовать трагическим последствиям.
Ведь теракт терактом, но если системы пожаротушения не сработали, если пути эвакуации были заблокированы или не соответствовали нормам, если персонал не был обучен действиям в чрезвычайной ситуации — это отдельный состав преступления, не связанный напрямую с действиями террористов.
Полицейское бездействие: кто остался безнаказанным
Отдельный вопрос — к правоохранителям, которые должны были обеспечивать безопасность на мероприятии. Начальник отдела МВД по микрорайону Павшино, базирующийся в здании «Крокуса», Роман Гриненко, чьи сотрудники не пришли на помощь беззащитным людям, остался на своем посту. Судя по официальным данным, он продолжает руководить тем же отделом.
А вот начальник красногорского управления Николай Жуков, который не обеспечил вооруженную охрану на территории, где проходило многотысячное мероприятие, должность покинул. Но ушел не с позором, а с повышением? Его просто отправили в ссылку в менее «хлебное» мытищинское управление. Без потери лица, без уголовного преследования, без публичной ответственности.
Такая кадровая политика вызывает недоумение у потерпевших: получается, что за гибель людей никто из ответственных за безопасность чиновников реально не понес наказания. Жуков просто сменил место работы, Гриненко и вовсе остался на прежней должности.
Официальная версия против реальности
Официальные СМИ, включая ТАСС, регулярно сообщают о ходе расследования и судебного процесса. По информации «Известий», Второй Западный окружной военный суд допросил всех исполнителей теракта, все они признали вину -1-2. Адвокат потерпевших Людмила Айвар подтвердила, что последнего четвертого фигуранта допросили 15 января 2026 года -1.
Более того, в деле появился секретный свидетель, который подтвердил причастность всех 19 фигурантов к организации и участию в нападении -3-5. Свидетель лично знал организатора теракта Шамсидина Фаридуни и одного из исполнителей Далерджона Мирзоева -5.
Но на фоне этих официальных отчетов истории реальных людей, не получивших ни ответов, ни элементарного внимания от следствия, выглядят особенно контрастно. Можно допросить всех исполнителей и установить все этапы подготовки, но если при этом остались неопрошенными очевидцы, если потерпевших вынудили отказаться от знакомства с делом под давлением обстоятельств, если сотрудники полиции и чиновники избежали ответственности — можно ли считать расследование завершенным?
год спустя
История с расследованием теракта в «Крокусе» обнажает системную проблему российского правосудия: формальный подход к выполнению процессуальных норм при фактическом пренебрежении к правам и чувствам потерпевших.
Подпись об отказе от ознакомления с материалами дела, поставленная перед опознанием тела близкого человека, — это не добровольное волеизъявление. Невызов свидетелей, которые сами чудом выжили в аду, — это не случайность, а системный сбой. Отсутствие реальной ответственности чиновников и полицейских, допустивших трагедию, — это не забвение, а позиция.
Годовщина трагедии — время не только для скорби, но и для вопросов. Почему владелец «Крокуса» до сих пор не компенсировал ущерб потерпевшим? Почему полицейские начальники продолжают службу? Почему те, кто выжил, остались неуслышанными?
Ответы на эти вопросы потерпевшие вряд ли получат от официальных структур. Но сама постановка этих вопросов — уже шаг к восстановлению справедливости, пусть и запоздалой.
_____________________________________
00:29
Накануне годовщины трагедии в «Крокус Сити Холле» потерпевшие по делу о теракте раскрыли ВЧК-ОГПУ почему большинство «отказались» знакомиться с материалами уголовного дела. >>Все оказалось проще, чем пытались представить ТАСС и другие госСМИ. Причина не в том, что это воля горем убитых людей, а в том, как к этому вопросу подошли в СКР. >>По рассказам наших собеседников, основной массе потерпевших, в обязательном порядке перед опознанием тел нужно было подписать добровольный отказ от получения информации по уголовному делу. >>На фоне рапортующего о завершении расследования СКР в срок, что назначил Александр Бастрыкин, и сообщений о всеобъемлющей помощи потерпевшим, ВЧК-ОГПУ известно, что далеко не все удовлетворены положением дел. >>Так, как оказалось, далеко не всех потерпевших допросили по делу. Есть такие, кого за весь этот год ни разу не потревожили и ничего не сообщили о судьбе погибших родственников. >>В деле есть даже такие потерпевшие, которые были на концерте, потеряли во время теракта близких, а сами смогли спастись, убегая от пуль и буквально от террористов с ножами. Но и их за год ни разу не вызвали даже для дачи показаний. >>Потерпевшим были сделаны выплаты от Красного креста и все те, которые были обещаны региональными и федеральными властями. Однако, многие близки к тому, чтобы потребовать прямые компенсации от владельца «Крокуса» Араза Агаларова. >>Дело в том, что кроме положительного пиара и пожертвований в фонд, близкий к руководству «Крокуса», никаких волеизъявлений от олигарха не было. При том, что в СКР было возбуждено уголовное дело по факту нарушений требований пожарной безопасности и оказания услуг повлекших гибель людей. >>Более того, как заявлял один из адвокатов, по этому делу был привлечён в качестве обвиняемого ответственный сотрудник «Крокуса» Роман Грачев и его подчиненный Владимир Коновалов. >>Судя по данным с официального сайта, начальником отдела МВД по микрорайону Павшино (базируется в здании «Крокуса»), сотрудники которого не пришли на помощь беззащитным людям, так и остался Роман Гриненко. >>А вот начальник красногорского управления Николай Жуков, который не обеспечил вооруженную охрану на территорию, где проходило многотысячное мероприятие, покинул свой пост. Но без потери лица. Его лишь отправили в ссылку в менее «хлебное» мытищинское управление.
Автор: Иван Харитонов
